вверх
Воскресенье
16 Июня

В "республике" бум туберкулеза. Луганский дневник

12.06.2019
IBLOCK_TYPE_ID = articles; ID = 570373

Отгадайте, где можно встретить сейчас всех своих знакомых с детьми шести лет? Нет, не в детском саду и не на детской площадке. Можно ив воду не глядеть, чтобы узнать наверняка, что часть своих знакомых ты встретишь под кабинетом фтизиатра в своей районной больнице.

Никакой мистики – просто всем сделали плановую прививку на реакцию манту в шесть лет, и поголовно у всех реакция на прививку вышла за допустимую норму.

Да, раньше всё было в пределах нормы, никаких жалоб и благополучное эпидемиологическое окружение. Но кого это, простите, волнует? И педиатр после осмотра детской руки всех направляет на консультацию к фтизиатру, ставя временный запрет на все прививки. И выходит, что вся эта толпа изумлённых, испуганных, расстроенных людей встречается под кабинетом детского фтизиатра, который в нашей больнице принимает дважды в неделю.

Номерков не нужно. Живая очередь. Такого количества людей под кабинетом врача я не встречала со времен выдачи гуманитарной помощи. Сотни! И все с детьми, с карточками, с вопросом – что это? И дальше начинается реальный квест, иначе этого не назвать.

Первый этап – попасть к врачу. Так вот, рассчитывая на пару часов в больнице, сразу скажу - ничего не выйдет. Очередь занимает от четырёх и больше часов. Люди занимают ее с пяти утра, чтобы попасть в кабинет к половине девятого – началу приёма. И это при том, что помимо живой очереди толпами идут «свои» - пациентов ведут медсестры, врачи, сотрудники. Добавьте к этому тех, кому только спросить или получить лекарства – а их выдают вне очереди. И выходит, что на каждого ожидающего по всем правилам добавляется ещё трое тех, кто проходит вне очереди.

Есть ещё одна категория – вызов из кабинета. Это когда врачи, понимая, что толпа может не пустить, просят фтизиатра пригласить кого-то из коридора. Иногда чтобы просочиться сквозь толпу родителям надевают белые халаты – типа, из отделения привели ребёнка для срочной консультации.

В самом кабинете врача полный аншлаг. Двое взрослых и столько же детей ожидают на кушетке. К столу врача подходит сотрудница и шепчет ей на ухо: «Подпишите, это дочь доцента, да, мама девочки доцент в мединституте, ребёнок здоров, я сама его осматривала».

За время ожидания таких вот уверений и просьб от сотрудников, что ребёнок «чистый» - десятки. Иногда врач идёт на встречу, иногда артачится.

Да, в «республике» бум туберкулёза. Но почему никого не настораживает такое количество первичных выявлений на последнюю пробу манту? И реакция у всех как по протоколу одинаковая – выходит за пределы нормы для этого возраста.

Дальше как повезёт. Буквально всех просят принести флюорографии всех членов семьи проживающих с ребёнком. Это тоже определённое испытание, потому что не в каждой больнице сделать флюорографию просто и быстро. В нашей сельской, например, её делают только два раза в неделю, и выстоять нужно примерно такую же очередь, как и в детской больнице.

Но даже получив «чистую» флюшку, выдыхать ещё не нужно – это не значит ровным счётом ничего. Дальше ребёнку назначают повторную прививку. И смотрят на реакцию. А дальше, держите кулаки, чтобы всё обошлось, потому что это тот маленький шаг, который практически не отделяет ребёнка от приёма «Тубазида».

Лекарство дают прямо в кабинете фтизиатра, бесплатно. Рассчитывают суточную дозу, что-то поясняют испуганным родителям. Говорят, что если лекарство не будут давать, то найдутся другие желающие его пить, чтобы родители понимали ценность препарата. Помимо этого упоминают о том, что неплохо бы начать давать ребёнку что-то «от печени» - «Тубазид» сильный препарат, мало ли как всё обернётся.

В общей сложности, у фтизиатра мы были четыре раза.

Первый раз мы узнали о том, что есть подозрение на туберкулёз по реакции манту, но саму реакцию врач увидеть не мог, потому что был в отпуске месяц после нашей прививки, соответственно, он руководствуется только записью нашего педиатра.

Второй раз мы принесли флюорографии родителей – «чистые», но и это не значило ничего, нам сказали подойти через месяц, когда появится вакцина и мы сможет переделать манту, чтобы подтвердить или опровергнуть диагноз.

За этот месяц мы прибегли к связям в этой больнице, чтобы решить этот вопрос – у меня была уверенность, что дело не в ребёнке, а в самой вакцине, которая даёт такой повальный показатель по туберкулёзу среди шестилетних детей.

В тех многочасовых очередях мы услышали о том, что лучше сделать ребёнку рентген, чем делать повторную прививку, но если даже дойдёт до прививки, нужно параллельно пить сильные противоаллергические препараты. И собрав по крупицам все эти наблюдения, за этот месяц мы сдали клинический анализ крови и мочи, мы сделали рентген и шли через месяц к врачу во всеоружии – и «рентген», а анализы были «чистыми».

Вы только вообразите, сколько времени и сил мы потратили на всё это? С учётом того, что каждая очередь к фтизиатру – четыре часа…

В тот предпоследний раз, когда вконец издёрганная врач просмотрела наши анализы, внезапно выяснилось, что за время её отпуска, наших ожиданий и хождений, незаметно прошло пять месяцев и нам просто положена повторная прививка, уже не по показаниям, чтобы исключить что-то или подтвердить, а по плану.

И мы поплелись делать прививку, купив не только стерильные перчатки и инсулиновый шприц, но и противоаллергические препараты.

Следующие четыре дня мы пили противоаллергические препараты, не мочили руку, не ели фруктов и не переставая молились, чтобы всё было в порядке. Мне кажется, все четыре дня я просто не сводила глаз с детской руки и того красного пятнышка, которое снилось мне по ночам.

Ещё три часа под кабинетом врача и ещё двое знакомых в очереди, которые, как и мы, оказались заложниками ситуации. Врач осматривает руку, я держу кулаки и молюсь… Всё в норме. Здоров. Но инфицирован от контакта с больным туберкулёзом. Под кабинетом этого врача это считается лучшим из решений ситуации. Мой ребёнок наивно спрашивает: «Я могу уже есть фрукты?» а я едва не реву.

За время этих визитов я увидела с десяток тех, кто по своей наивности выносил из кабинета врача «Тубазид» для детей, имея на руках совершенно «чистые» анализы, но плохую реакцию ребёнка на последнюю прививку манту. И зная чуточку больше о последствиях приёма этого препарата, я могу сказать, что мои страхи, слезы и молитвы не были беспочвенными. И вскользь брошенные в очереди фразы о том, что нужно пить сильные противоаллергические препараты совместно с прививкой тоже не плод родительского воображения. И вскользь сказанная фраза врача в рентгенкабинете: «Не бойтесь, ребёнок здоров, это вакцина аллергична».

Но почему никого не настораживает то, что происходит? Что тысячи первичных выявлений у детей происходят именно после последней вакцинации российской гуманитаркой?..

Ещё пару лет назад я не понимала страхов моей приятельнциы, которая опрашивала всех знакомых медицинских работников, качественная ли пришла в этом гуманитарном транше вакцина. Я не понимала её страхов – я доверяла нашей медицине. Но сейчас я хорошо понимаю, как зыбко всё и как беспомощен тот, кто имеет чуть меньше знаний и по-прежнему доверяет качеству российских препаратов…

Гуманитарка ведь бесплатна, а все что бесплатно… - ну, сами знаете.

Ольга Кучер, Луганск, для «ОстроВа»